Творчество

Коллективные сборники


* * *

Лиловеют в руках облака —
Алый парус вечернего дыма!
У меня для тебя есть строка:
Радость встречи почти нестерпима,
Искры прошлого – два уголька.
Расставание волны струит,
Адреса исчезают и лица.
Уведи меня в северный скит —
Там снегами земля серебрится
И прохладная память хранит
Одиночество старых сюит.


***
Ты далеко, в плену других широт,
И мы с тобой пересеклись случайно.
Фантомной болью память отойдет,
Пусть слишком был свиданья час отчаян!

Ты в прошлом финн. По крови финка я,
И значит мы родня наполовину.
Нас разметала времени струя,
Чужим дождям распахивая спину.

Ты не вернулся, я сюда пришла,
Легко лежать в родной земле, любимый!
Озера на заре, как зеркала,
И пахнут листья налетевшим дымом.

Чего ищу? Начала и конца,
Пусть нас с тобой ветра не пожалели,
Но над могилой твоего отца
Еще шумят кладбищенские ели.



***
Опять с тобой расстаться не смогли:
Не на земле – на небе повязали!
Я буду помнить гулкий шум вокзальный,
Наверно, истоптав и полземли.

И также ты, застряв в чужом краю,
От боли присмирев и обессилев,
Все будешь вспоминать меня, Россию
И длинную на север колею.




***
Есть в русском севере особый колорит,
Прозрачный и слегка неприхотливый,
Как будто кисть над озером парит
И повторяет неба переливы.

Палитра красок глубока, проста,
Творение настолько вдохновенно,
Как будто я шагнула вглубь холста
Художника, чье имя – сокровенно.



Сейдозеро


Сама природа в тайны посвятит,
Дух вовлекая в ритм коловорота,
Из глубины базальта черных плит
Незримые откроются ворота.

Над озером шамана кельтский крест,
Певучи камни в день солнцестоянья.
Я принимаю силу этих мест
И становлюсь источником сиянья.



Берсерк

У тебя глаза берсерка.
У тебя сверкает сердце.
Судишь строго, смотришь сверху,
От тебя – куда мне деться?

Воспевали в прошлом скальды
Той любви запретной имя.
Знаком светится наскальным
Золото Иерусалима.

Жив еще отважный рыцарь.
Викинг древний, помнит руны.
Может перевоплотиться,
Волком бродит ночью лунной.

Серые глаза берсерка –
Зеркала в другие дали.
Волны ветрены от века.
Мы увидимся в Валгалле.




***
Мы вдруг столкнулись, в огне сердец –
Шальное сальто!
Так древний Илмаринен-кузнец
Шаманил сампо,

Силен и славен, в подручных – бес,
Корпел над дышлом,
Явилось чудо из всех чудес –
С узорной крышкой!

Прекрасен в образе жениха
Кователь неба!
Но раздувались в веках меха,
Играли гневом;

Пусть соль и деньги – за ларем ларь! -
Творенье мелет,
Но Сариола – души декабрь,
Обман, похмелье!

Увы, любые горьки концы,
Смешны отчасти.
И вековечные кузнецы
Не дарят счастья,

Им с каждым годом принять трудней,
Что ропот тщетен,
А от любви на янтарном дне –
Обломки, щепки…




***
В янтарных песчинках дно.
- Чего на земле искала?
А небо, как полотно,
Кругом – облака и скалы.

В тревожную пасть пещер
Пытаюсь бежать от мира.
Но здесь, в лабиринтах шхер,
Прохладно, темно и сыро.

Лишь с отмели скрип сосны
Доносится еле-еле…
Одежды давно тесны,
Мне скучно и больно в теле.

Миг – сброшены пояса,
Прощальный привет причалу.
И сверху все паруса -
Как белые крылья чаек.




***
Наступит век – великой новью –
Для всех, кто беден и богат,
Небесной орошен любовью,
Вселенской мудростью объят.

Из глубины пород исконных
Пробьется истинный родник,
И радостных миров духовных
Раскроется в душе цветник.

Миря высоты и глубины,
Сойдутся в сердце времена.
И в скалах книги Голубиной
Феб наколдует письмена.

***
Так случилось, что мы –
Пилигримы, рожденные морем!
И Нептуна мы молим
Об исходе из вечной тюрьмы.

Так берись за штурвал
Поскорей – откровения близко!
Мы оставим записку,
Чтоб никто на земле не искал.

Нас не мучает страх,
Что по курсу – не знаем ответа.
Слышим лишь клекот ветра
В золотых парусах.

Ты несись, наш корабль!
К городам, к небесам незнакомым,
Прямо к вечному дому
Среди моря и скал.


***

Колыбели вольны изголовьями:
Валуны из земли – сила струй!
Перед тем, как вернуться в безмолвие,
Поцелуй же меня, поцелуй!

Дни летят, голубые и длинные,
Над вселенной колдует метель;
Стынет память глубинами, льдинами,
Но ладьею летит колыбель!

Над летейскими водами лунными,
Над сиятельной властью планет,
Где, храним лепестками, лагунами
В сотый раз зарождается свет;

Может быть, в долгой ночи мы встретимся,
Там, на кромке волны и песка.
И корзина с младенцем наследнице
Вдруг откроется из тростника;

Все рожденья – ракетами быстрыми
Отсверкают короткий маршрут.
В поцелуе останемся близкими.
Ты проснешься, а я уже тут.

* * *

Еще одна печальная история.
На синем небе полыхнуло зарево,
Как будто боги на любовь поспорили,
И мы с тобою повстречались заново.
Два Фаэтона, бреда, одиночества,
Причастных с детства диким нравам севера,
Осуществили древнее пророчество:
Срослись корнями, превратились в дерево
И в поцелуе – обвенчались листьями,
Кто знает, сколько и кому отмерено?
Как завещанье, эти ночи мглистые
И стражи-звезды за окошком терема.
Мы оба – часть судьбы, молитвы, замысла,
И наша карма тяжела любовная.
Мы провалились, как безумцы, в заросли
И растворились в глубине безмолвия.

Кайчи

Вселенской музыки родник
Возник в сияющей ночи.
На краткий бесконечный миг
Мне померещился кайчи.

Из приоткрытых горловин
Истоков – пение судьбы.
Вопль разобщенных половин,
Сказаний, что хранит Сибирь.

Высотами обертонов
Звенит и говорит тапшур.
Живая истина богов,
Движенье звуков и фигур.

И в расширенье диафрагм
Родится богатырь, герой…
Финал моих душевных драм:
Шаманская любовь с тобой.





 

Назад к списку

Поиск

Письмо автору
Карта сайта
 1
eXTReMe Tracker