Творчество

Публицистика

Издревле замечено, что по состоянию синагоги и местной еврейской общины можно определить общественные настроения в отдельно взятом городе или регионе. Еврейская община Сухума, история которой теряется в столетиях, долгое время считалась процветающей. В ее составе мирно сосуществовали выходцы из Грузии и России, местные абхазские евреи, «горские», а также иные, невесть каким ветром занесенные в эти плодородные края, сыны Израиля из разных удаленных уголков мира. Существовали еврейские диаспоры и в других городах Абхазии – Гудауте, Очамчире, Гагре, Ткварчеле…

В XX веке в самом центре Сухума гостеприимно открывала свои двери нарядная просторная синагога, где регулярно велись занятия с детьми и взрослыми, в нескольких залах звучали молитвы на разных языках, люди с радостью собирались на праздники. На территории общины работали миква, мельница, пекарня для мацы, в порядке содержалось еврейское кладбище. Евреи того времени жили с представителями других национальностей в мире и согласии, вносили большой вклад в экономику и культуру Абхазии, развивали науку, искусство, технологии. Среди знаменитых имен, которые до сих пор на слуху, – светила медицины И.Орловский и Т.Зализняк, директор Всесоюзного центра приматологии, академик Б.Лапин, главный инженер железной дороги А.Глускер, фотомастер В.Левинтас.

Сегодня о былом благополучии общины Сухума остается только с грустью вспоминать. За последние десятилетия многие совершили алию или уехали к родственникам в другие страны. Во время войны с Грузией 1992-1993 г.г. исход евреев из Абхазии принял массовый характер, многие улетали на самолетах, присланных за беженцами правительством Израиля.

Представители современной молодежи, с которыми мне удалось пообщаться в городах и селах, в большинстве своем даже не подозревают о том, что на протяжении долгого времени в Абхазии проживали евреи.

При входе в ворота здания синагоги, торжественно открытой в 1953 году, (до этого функционировала синагога неподалеку, деньги на строительство новой собирали всем миром) на улице Инал-Ипа, 56, буквально обливается слезами сердце. Облупились от непогоды красочные фрески на фасаде, одно из зданий почти полностью разрушено – у него обвалилась крыша, а внутри проросли трава и деревья. В большом молельном зале, где некогда проводились службы для многочисленных представителей грузинской еврейской диаспоры, более десяти лет назад удалось осуществить частичную реставрацию. Но в помещении холодно, проваливаются изношенные полы, а сырость такая, что ценные древние книги на иврите, грузинском и русском языках приходят в негодность – хранить их негде. Стоячая гнилая вода заполняет микву, во дворе лежит строительный мусор, ржавые трубы. Зрелище страшное, горькое, печальное. Наверное, ничего нет ужаснее разрушения и запустения духовных центров, куда люди стремятся за помощью и наставлением.

Для поддержания жизнедеятельности общины энтузиастам удалось отремонтировать комнатку на втором этаже, где проходят службы зимой, а также кабинет для организации «Джойнт» внизу, превратившийся в место для встреч, бесед и трапез. Нынешние прихожане синагоги, в основном, люди глубоко пожилого возраста, они физически не могут участвовать в восстановлении общинного хозяйства, к тому же финансовых и материальных ресурсов для этого нет. Согласно списочному составу подопечных «Джойнта» гуманитарную помощь получают 128 человек. Приходят на молитвы и праздники гораздо меньше, – иногда и десятка не наберется. Недавно руководство культурно-благотворительным обществом «Шалом» взял на себя Александр Малис, с ним мне удалось побеседовать в синагоге Сухума, где некогда кипела бурная жизнь.

- Александр, а вообще евреи в Сухуме остались или почти все разъехались по миру?

- Парадокс заключается в том, что в Абхазии очень много людей с еврейскими корнями – тех, у кого родители или бабушка с дедушкой были евреями. Но поскольку выросли они в абхазском обществе, в местной культуре, то очень мало знают о еврейской истории, в том числе – собственных семей, считают себя абхазами. Они просто не задумываются о своем происхождении. Для того чтобы люди возвращались к традиции, осознавали свое еврейство, необходима большая целенаправленная работа. Сама по себе молодежь к нам не придет – если у кого-то есть духовный запрос, потребность в теплоте, понимании, общении, проще пойти в христианский храм или в другие религиозные центры, более многочисленные, активно работающие, делающие ставку на новое поколение.

В настоящий момент из-за тяжелых условий, в которых живет община, не осуществляется на должном уровне просветительская деятельность по привлечению людей, а она очень нужна для будущего. Субботние службы на иврите ведет кантор Иосиф Черняк, он полтора года учился в религиозной школе «Торат Хаим». С ним же мы изучаем Тору, читаем комментарии. Других носителей языка среди нынешних членов общины нет, а так хотелось бы, чтобы иврит и еврейская традиция у нас преподавались на постоянной основе.

- Вы достаточно молодой человек, как Вы пришли в общину? Вы из религиозной семьи?

- Совсем нет. Я не воспитывался в еврейской традиции, поэтому сейчас остро чувствую нехватку образования. Но вспоминаю, что ребенком всегда плакал, когда в фильмах обижали евреев. Так получилось, что сначала я заинтересовался историей своей фамилии, потом узнал, что моя бабушка из литовских евреев, прадед бежал сюда от погромов в 1914 году. Родители могли уехать во время войны в Израиль, но на семейном совете решили остаться.

Я надел кипу, пришел в синагогу с желанием вернуться к корням, изучить еврейскую традицию. Общиной тогда руководил Финкевич Александр Викторович – очень мудрый, деликатный человек, к сожалению, его уже нет с нами. Он лично ездил по разным городам Абхазии: искал потомков евреев, старался не дать еврейской жизни угаснуть. С ним я прошел путь по погружению в еврейскую историю и культуру, он меня снабжал литературой, обучал. Вообще среди членов общины много замечательных людей. Один из бывших руководителей – Лев Хайкин – помнит многое о жизни евреев советской поры. Хочется отметить подвижническую деятельность удивительной женщины – Тальи Жидковой, которая до отъезда в Москву взаимодействовала с женщинами и детьми, вела большую работу в рамках программы «Надежда».

Настал момент, когда нужно было решать, кто дальше будет руководить еврейским культурно-благотворительным обществом «Шалом», а в нашем случае – и всей общиной, желающих не было. Пришлось отбросить сомнения и взять ответственность на себя, поскольку я очень хочу, чтобы еврейская свеча продолжала гореть в Сухуме. Если работа будет вестись неправильно или прекратится, мы можем потерять и землю, и здания. Нельзя этого допустить.

Хочу отметить важную мысль: когда на Пейсах к нам приезжал из Москвы представитель ХАБАД – раввин Михаэль с супругой Ханой, пришло гораздо больше людей, чем обычно. В глубине души у многих наших земляков есть тяга к знаниям, интерес к традиции. Для поддержания этого стремления нужно постоянное присутствие в синагоге духовного лица, общение с ним, систематическая деятельность по разным направлениям.

- Какая помощь больше всего нужна общине сегодня?

- Мы были бы счастливы, если бы к нам прислали раввина. Сейчас это гораздо более востребовано, чем раздача гуманитарной помощи. Тогда удалось бы привлечь всех тех (включая активную молодежь), кто находится в поиске, помочь им в обретении и изучении корней. Обязательно нужно возобновить работу с детьми, обучать их еврейской традиции, музыке, танцам. Мы готовы открыть программы для людей разного возраста. А главное – тогда можно коллективными усилиями постепенно привести в порядок синагогу, двор, микву, еврейское кладбище на улице Чанба, которое находится в удручающем состоянии. Один я даже при огромном желании все объять не могу, а возможности для привлечения материальных и человеческих ресурсов на настоящий момент отсутствуют. Трудно с кошерной пищей – ее просто нет. К праздникам что-то нам передают из общины Сочи, но глобально приходится туго.

- А те евреи, что в разные годы уехали из Сухума, как-то поддерживают связь с общиной, чем-то помогают?

- К сожалению, у нас нет даже собранной воедино истории общины в XX веке, списков людей, свидетельств. Это огромная работа, которую еще только предстоит поднять. Некоторые из тех, кто ныне живет в других местах, продолжают общаться со старыми друзьями, но это сугубо личные контакты. Грузинские евреи Абхазию практически не посещают. Мы были бы очень рады встречать гостей из разных мест, по крупицам собирать нашу историю, узнавать о жизни семей, но для этого нужно хотя бы привести в порядок территорию и здания. Бывали прецеденты, что с местными чиновниками приезжали бизнесмены из-за рубежа, но видя, в каком плачевном состоянии синагога, все разговоры о делах прекращали. Образ общины – это и показатель уровня жизни города, состояния республики в целом. Хотим, чтобы люди знали: еврейская община в Сухуме продолжает существовать, мы все надеемся на возрождение и развитие.

Назад к списку

Поиск

Письмо автору
Карта сайта
 1
eXTReMe Tracker