Творчество

Публицистика

Когда-то в русских деревнях жили удивительные люди - мастера на все руки, которые могли и дом поставить, и хозяйство крепкое организовать, и блоху при необходимости подковать. Со временем многие традиции и секреты ремесла канули в прошлое. Тем не менее, наша земля не скудеет талантами. Об одном из современных мастеров - "золотые руки" - петрозаводском умельце Николае Васильевиче Белякове -мой сегодняшний рассказ.

Многие петрозаводчане и гости города, прогуливаясь по великолепной набережной Онежского озера, обращали внимание на необычные деревянные постройки, соседствующие с современными зданиями. Дело в том, что в этой части города находятся не только гостиницы для туристов, но и "исторический квартал", в котором сохранились уникальные старинные здания.



Одно из них, с коваными воротами и причудливым флюгером, привлекает особое внимание. Это кузница, в которой день напролет трудится Николай Беляков. Двери в его мастерскую всегда открыты, поэтому любопытные горожане и гости Петрозаводска могут поговорить с мастером и, затаив дыхание, понаблюдать за тем, как кузнец раздувает горн, работает молотом на наковальне. На глазах из обычных кусков металла в умелых руках профессионала рождается произведение искусства.

Мне кузница Белякова напомнила мистические эпизоды из эпоса "Калевала", когда великий Илмаринен выковывал чудесную мельницу сампо. Недаром, во многих мифологических системах мира труд кузнеца считался сакральным, а процесс его работы порой приравнивался к великому Творению.


Николай Беляков не любит, когда его воспринимают только как кузнеца. Всей своей жизнью он демонстрирует самые разные умения, на деле доказывая, что в России живы еще настоящие мужчины, самородки-кулибины, мастера "золотые руки".

- Николай, как Вы стали кузнецом? Это профессия или призвание?
- Я родом из деревни Харовичи, что на границе Тверской, Вологодской и Новгородской областей. Дело в том, что на Руси, в деревнях, издавна жили люди, которые умели делать все. Силой и здоровьем я пошел в отца. Василий Беляков был человеком крепким, все делал своими руками, но и нравом был крут. Он мог и в кузнице поработать, и лодку сделать, и на охоту сходить. Так что в этом плане во мне проявились гены: я никогда не боялся любой работы. После переезда из деревни в город мне этот навык очень пригодился.

- А где Вы учились и повлияла ли учеба на Ваш дальнейший трудовой путь?
- Сказать по правде, в школе я был двоечником. Закончил 11 классов в вечерней школе. Зато с детства был неравнодушен к технике, любил мастерить своими руками. Еще в 1964 году мы с другом сами сделали машинку для картинга. После армии, а я служил в десанте, сначала работал в доме культуры рабочим сцены. Проучился между прочим в музыкальной школе четыре года по классу фортепиано. Потом трудился в Министерстве культуры методистом. Моя работа заключалась в том, что я ездил по дальним деревням и поселкам и знакомил руководителей сельских клубов с техникой, например, я учил старушек фотографировать, делать диафильмы. Спустя пять лет понял, что в моей жизни не происходит ничего нового и поступил в университет. Параллельно я устроился работать там же лаборантом. Правда, университет я тоже не закончил.

- Говорят, работа в университете у Вас не сложилась по причине увлечения авиацией. Это правда?
- Да, авиацией я интересуюсь с детства. Еще в школе с удовольствием ходил в кружок авиамоделирования. Во время работы в университете мое увлечение проявилось особенно ярко. Я построил первый в Карелии дельтаплан. Конечно, с деталями тогда было трудновато. Но не было бы счастья, да несчастье помогло: неподалеку в лесу разбился самолет. Я частично его разобрал, так у меня появились нужные детали. С дельтапланом я прыгал сначала с обрывов. Честно говоря, полетом это назвать можно с большой натяжкой, скорее это было неотвесное падение. Я человек увлеченный, заразил своей страстью других сотрудников. По университету поползли слухи... А я еще в то время взялся делать витражи из цветной пленки для Дворца бракосочетаний. В итоге во время проведения лабораторных работ студенты больше внимания уделяли дельтаплану, который висел тут же, под потолком, и моей работе над витражами. Тогдашний заведующий кафедрой В.П.Орфинский деликатно намекнул мне, что мои увлечения - это прекрасно, но они не совместимы с университетом. Сегодня академик Орфинский заходит ко мне в кузницу, когда гуляет по набережной, мы с ним беседуем.

- Как появилась Ваша первая мастерская?
- Еще во время работы в университете я дружил со многими художниками, старался им помогать в оформлении помещений. Поэтому после того, как я был вынужден уйти с прежней работы по собственному желанию, меня сразу приняли в художественные мастерские на работу. Сразу скажу, что рисовать я вообще не умею. Может, оно и к лучшему: никакой творческой гордыни нет. Мне была положена мастерская, нашел я ее сам. Это была заброшенная канализационная станция. Я отремонтировал постройку, потихоньку отовсюду собрал оборудование, так у меня появилась своя техническая база.

- А какова история Вашего легендарного "дома на набережной"?
- С началом перестройки художественные мастерские развалились. Однако на моем положении это не сказалось: число заказчиков даже увеличилось. К тому времени мои работы уже были хорошо известны в городе. Ситуация складывалась так, что мне и моей второй семье нужно было где-то жить, я понимал, что на получение квартиры рассчитывать не могу, хотел построить дом своими руками. Тогда мне пришла идея. Около художественных мастерских стоял так называемый "дом Вальтера", деревянный памятник архитектуры. Судьба его могла сложиться незавидно: поскольку дом располагался рядом со школой, его запросто могли поджечь. Тогда я пришел к главному архитектору города с идеей перенести за свой счет дом в исторический квартал Петрозаводска, который тогда как раз проектировался. Я просил разрешения после переноса дома отремонтировать его и там поселиться.

Дело в том, что Вальтер был кузнец, который некогда работал в Петрозаводске. Я выступил с предложением поставить его дом рядом с заброшенной кузницей, которая должна была пойти под снос, на берегу озера и возродить таким образом кузнечное дело. Этот вопрос неоднократно обсуждался в разных инстанциях, на меня смотрели, как на полного идиота: даже в те времена помогать государству за свой счет охотников было немного. В конце концов, перенос дома согласовали, но с условием: чтобы я впускал к себе туристов, которые будут гулять по набережной, тогда как раз готовился ее проект. На месте, где сейчас стоит дом, была помойка. Но трудности меня не пугали, я взялся за дело. Вывез мусор, промаркировал бревна на доме Вальтера, занялся переносом. Параллельно восстанавливал кузницу, которая много лет подряд служила складом для хранения цемента. Потребовалось немало усилий, чтобы разобрать скалу цемента внутри помещения. Потом пробил окна, привез оборудование. Кузница заработала! В ее стены били волны Онежского озера... В конечном итоге я оформил землю и строения в частную собственность.

- Второй раз вопрос о сносе кузницы обсуждался в связи со второй очередью строительства набережной, накануне трехсотлетия Петрозаводска...
- Действительно, так. По разработанному плану набережная должна была пройти как раз здесь, посередине кузницы. Но к моменту начала строительства у меня вовсю кипела работа, чиновники знали, что я многое делаю для города, да и люди ко мне заходят с удовольствием. В итоге, из-за моей кузницы пришлось изменить проект набережной: была произведена отсыпка озера на сорок метров, набережная обогнула постройку и была проведена дальше.

- Николай, Вы человек творческий?
- Мое творчество - это ежедневный труд. Скорее, я хороший ремесленник, добросовестный исполнитель. Хотя я всегда вношу что-то свое в те чертежи, которые мне приносят. Я сам себе хозяин, могу себе позволить не работать с теми, с кем мне неприятно. Никогда не беру авансов у клиентов. У меня такой подход: понравилась моя работа - платите. Не понравилась - никаких вопросов, у изделия будет иная судьба. Я выбираю те проекты, с которыми мне действительно интересно работать. Иду утром из дома в кузницу - и никогда не знаю, чем сегодня буду заниматься.

- Какие качества Вашего характера Вы бы назвали главными??
- Прежде всего, это внутренняя сила, наверно, она передается на генетическом уровне. Я ничего не боюсь, могу найти выход из непростой ситуации, справиться с любой работой. Моя сильная сторона - умение выстоять в самых трудных обстоятельствах.

- Вашим мускулам позавидует любой спортсмен. Это результат долгих тренировок?
- С детства я занимаюсь спортивной гимнастикой, развиваю свое тело. Сейчас мне не нужно никаких дополнительных тренировок: сама по себе работа в кузнице, с инструментами - очень серьезная нагрузка для организма. Попробуйте поднять этот молот...

- К Вам часто заглядывают те, кто решил связать себя узами Гименея. Что они делают в кузнице?
- В старые времена кузнец считался тем, кто может соединить любящие сердца. Поэтому юноши и девушки приходили к кузнецу и осуществляли определенный обряд. Сейчас ко мне приходят молодожены, чтобы выковать подкову на счастье или еще какой-то памятный знак для скрепления их союза. Я в этом случае никогда не отказываю, у меня есть целый ритуал для молодых. Так что новобрачные частенько заглядывают ко мне.

- Несколько лет назад в Вашей мастерской стоял настоящий самолет времен Великой Отечественной войны. Вы занимались его восстановлением??
- Да, увлечение авиацией у меня не проходит всю жизнь. Поэтому когда ко мне обратились с просьбой восстановить истребитель времен войны ЛаГГ-3, я с радостью согласился: станки у меня есть, работа интересная! Да и сам самолет уникальный - это единственный деревянный истребитель, выпущенный в Советском Союзе, на котором можно было выполнять полный комплекс высшего пилотажа. Правда, когда привезли остатки самолета, поднятого из болота, я очень удивился: оказалось, уцелели лишь 2 стойки шасси и обломок рамы, все остальное нужно было восстанавливать! Я запросил чертежи. Мне привезли небольшую цветную схему, больше никаких материалов не было. А дело в том, что все истребители ЛаГГ-3 после окончания войны были уничтожены, чертежей не сохранилось. Отрабатывать назад и отказываться от работы я не умею, поэтому самостоятельно начал поиски и расследования. В итоге удалось разыскать кусок кабины такого истребителя, который я замерил и сфотографировал. Так я самостоятельно воспроизвел кабину, начал собирать крылья.

Молва о том, что некий чудак в Петрозаводске ходит в валенках, пьет пиво и между делом строит ЛаГГ-3, покатилась по стране. Мне начали писать люди из разных городов. В итоге, от доброго человека я получил пособие по ремонту самолета в полевых условиях. Там были нужные мне размеры. Пока я два года занимался восстановлением самолета, фирма-заказчик работы обанкротилась, и я хранил у себя истребитель еще пять лет, пока его не забрали для частного музея. Я восстановил самолет примерно на 75%.

- А ученики или подмастерья у Вас есть? Вы делитесь секретами мастерства?
- Учеников нет, помощников - тоже. Я считаю, что в кузнице должен быть один хозяин, определенный порядок, иначе рабочий процесс будет нарушен. Но я делюсь опытом, всегда рад помочь советом, когда ко мне приходят с вопросами. Могу научить чему-то или поделиться инструментом. Но начинать свое дело каждый должен сам.

- Какие у Вас жизненные принципы?
- Пожалуй, можно говорить не о принципах, а том, чего я не люблю. Не переношу цинизм. Все остальное, даже ложь, стяжательство, предательство, можно понять и простить. Я никогда не даю взяток. Работаю на себя. Всегда веду себя нестандартно.

- Какие из работ, сделанных для Петрозаводска, особенно важны для Вас?- В Петрозаводске так много всего сделано моими руками, что я даже не все помню. Менора на старом еврейском кладбище, герб Республики Карелия на здании Правительства... Считаю себя крестным отцом памятника "Рождение Петрозаводска", который стоит неподалеку от кузницы. Дело было так. Предполагалось, что памятник станет подарком Ленинградской области нашему городу к 300-летию. Скульптор Александр Маначинский приехал в Петрозаводск и привез макет скульптуры. Возникли сложности с деталями памятника: не было представления, как правильно сделать опалубку, передать застывшие волны. Идею уже почти похоронили, когда я на свой страх и риск взялся помочь в изготовлении и установке памятника. Фактически две недели мы жили на набережной, я давал указания бригаде, которая работала над скульптурой. У нас все получилось. На праздновании юбилея города состоялось торжественное открытие памятника "Рождение Петрозаводска". Меня даже включили седьмым человеком в число авторов. Я считаю своим достижением открытие этого монумента.

- А казусы в работе бывают?
- Случается всякое. У меня тут есть столярная мастерская, я работаю с деревом. Был срочный заказ на изготовление трибун для выступлений Путина. Все сделал, покрыл с вечера лаком. А Владимир Владимирович утром к трибуне прилип...

- Николай, у Вас есть мечта?
- Мечта одна: уйти в отпуск. Я не был в отпуске 28 лет. Но, похоже, ей не суждено пока сбыться. В соответствие с решениями городских властей, я должен выстроить на своем земельном участке новый дом, проект которого уже утвержден. Это призвано улучшить общий вид набережной, сделать его завершенным. Так что в ближайшее время я буду вновь заниматься строительством. А вот когда завершу его, вернусь к теме авиации. Я обязательно построю самолет! У меня уже припасен даже реактивный двигатель...

Назад к списку

Поиск

Письмо автору
Карта сайта
 1
eXTReMe Tracker