Женская поэзия

Тимирева Анна

Оригинал материала находится по адресу:
www.kp.ru/daily/24180/389875/

Анна Тимирева, возлюбленная Колчака: «Рыбинск для меня исчерпался»



Удивительная женщина долгие годы провела в Ярославской области в ссылке



Наталья БАЖЕНОВА, Наталья БУЛАХ — 14.10.2008

Темноватая  комната,  вдоль  стен длинные рабочие столы, постоянный запах столярного клея. Это помещение на задворках рыбинского театра стало царством Анны Васильевны Тимиревой-Книпер в 1946 году. После 24 лет лагерных мытарств, ей по-прежнему не разрешают жить в Москве, и она перебирается в Щербаков (ныне Рыбинск) Ярославской области, где ей предлагают работу бутафором.

52-летняя Анна живет в жуткой нищете – очереди за хлебом с пяти утра, с номерком на ладошке, вода из колонки на улице, как довесок к скудному рациону, походы в окрестные леса за грибами. Через два года Анну элементарно подставили свои же коллеги по цеху – актеры местного драмтеатра. Якобы за антисоветскую пропаганду. В конце 1949-го следует арест, десять месяцев ярославской тюрьмы и этап в Енисейск.

Через четыре года, в 1954-м, ее отпускают, но опять не дальше Рыбинска. Анна Васильевна возвращается в театр. Ей идет седьмой десяток, она вынуждена  тяжко работать,  просто чтобы добывать себе пропитание, на  получение  пенсии  рассчитывать  не  приходится: лагерная  работа  в  зачет  не шла.

Руки у Анны Васильевны были золотые. Удивительно талантливый человек, в юности она занималась рисунком и живописью в частной студии, позднее в ссылках ей приходилось работать и инструктором по росписи игрушек, и художником-оформителем. 

Роскошные резные золоченые  рамы  для  портретов делались с  помощью  пропитанных  клейстером газет, из которых лепился  узорчатый рельеф, покрывавшийся  после  высыхания краской и бронзовым порошком - из зала это выглядело  совершенно достоверно. В одном из спектаклей интерьер украшала громадная ваза. В свете прожекторов  она переливалась и сияла, как алмаз.  На самом же деле ваза была сделана из обыкновенных проволочек, на которые нанизаны кусочки консервных банок.

Частенько во время спектаклей Анна Васильевна сидела в зале и отмечала, главным образом, как и что смотрится из зала:

- Погляди! Ах, как хорош пистолет из дерева! – говорила она гостившему у нее на каникулах племяннику.

Иногда Анна даже выходила на сцену в небольших ролях. Правда, в письмах к близким признавалась: «Мне не  нравится  на  сцене и скучно  в гримировочной. Я чувствую себя  бутафором, а не актрисой ни в  какой мере, хотя,  кажется, не очень выпадаю из стиля (не комплимент стилю). Очень  прошу… привезти… коробку грима для  меня,  так как этого  здесь нет,  и  приходится побираться,  что  очень  неприятно».

Аккуратная интеллигентная старушка с короткими седыми волосами и яркими живыми глазами. Никто в театре не знал истории Анны Васильевны, ее происхождения, ее любовной трагедии, связанной с Колчаком. Только вот почему-то режиссер театра, уважаемый человек, да еще с дворянским происхождением, всякий раз, когда Анну Васильевну видел, подходил и целовал ей руку. С чего бы такие знаки внимания какой-то бутафорше, шептались за кулисами.

Некоторые недолюбливали ее за резкость и прямодушие. Поэт Юрий Кублановский вспоминал встречу с одной очень уже пожилой дамой из Рыбинска, которую он спросил о Тимиревой. "Высокомерная, замкнутая была", - вспоминала дама. "Да ведь с вами только разговорись, сразу бы донесли", - полушутя сболтнул Кублановский. Дама не возмутилась, а согласно кивнула: "Это правда".

«Мне 61 год, теперь я в ссылке. Все, что  было 35  лет назад, теперь уже

только  история. Я не знаю,  кому и  зачем нужно, чтобы  последние годы моей

жизни проходили в таких уже невыносимых для меня условиях. Я  прошу  Вас  покончить  со  всем  этим  и  дать  мне возможность дышать и жить то недолгое время, что мне осталось» - пишет в 1954 году Анна Васильевна Маленкову. Но реабилитацию она получит только в 1960-м. Тогда и скажет в одном из писем близким в Москву: «Рыбинск  как-то исчерпался».

Анна Тимирева готовит вместе с помощниками реквизит к спектаклю.
Анна Тимирева готовит вместе с помощниками реквизит к спектаклю.

"Похвала Ярославлю"

Волковский театр  Ярославля  не раз  становился  пристанищем для летних

гастролей Рыбинского драмтеатра. Анна Васильевна успела  узнать и полюбить

наш город. Ярославлю посвящено еe стихотворение, которое так и называется - "Похвала Ярославлю".

     В тебе смешенье жизни современной
     С виденьем незапамятной поры -
     Побелены простреленные стены,
     На древних башнях новые шатры...
     Течет река торжественно и важно,
     Далекий берег - голубая мгла.
     Высокий строй домов многоэтажных
     Внезапно прерывают купола.
     И, укрываясь липами от пыли,
     В пропорциях воздушны и легки,
     Хозяев новых мирно приютили
     Ампирные твои особняки.
     И над твоею задремавшей былью
     Закаты разжигают свой костер,
     Как будто в небе золотые крылья
     Иоанн Предтеча над тобой простер.

Кстати

В Рыбинске в одно время с Анной жила и племянница Колчака  - Ольга. Несколько раз Тимирева делала попытки связаться с ней, но та отказалась. По одной версии, Ольга не хотела встречаться с женщиной, развалившей семью дяди. По другой – боялась чекистов, ведь Анна практически постоянно пребывала в ссылках и тюрьмах.

 С кем свела судьба Тимиреву в Рыбинске

Не то, что дружба, знакомство с бывшей, пусть и гражданской женой врага советской власти могли испортить жизнь любому. А дружба была…

- Не так давно в архивах библиотеки я наткнулся на письмо Тимиревой к Марии Челищевой (Мария – основательница музыкальной школы в Рыбинске, любимая ученица отца Тимиревой, известного музыканта Василия Сафонова - ред.), - рассказывает рыбинский историк Владимир Рябой. - Я был поражен. Оказывается, Анна проводила у Марии дни и ночи. В письме, отсылающем нас в начало 60-х, Тимирева вспоминает, как славно ей жилось в доме Челищевой, как спалось на ее диване…

Вот так крутит жизнь! Две великолепные женщины, вращавшиеся в высшем свете, бывавшие на великокняжеских балах, в одно время мыкали свое житье в провинциальном городе.

Был еще один временный житель Рыбинска, встреча с которым буквально ошеломила Анну. Это известный протоирей, священнослужитель Борис Старк, который был младше ее на 14 лет (он впервые увидел Анну в Кронштадте в доме своего отца – морского офицера Георгия Старка, который в свое время дружил и воевал вместе с Александром Колчаком).

- После эмиграции Старк-младший приехал в Рыбинск и стал настоятелем местной церкви, - рассказывает Владимир Иванович. – Однажды, это было в начале 60-х, среди прихожан он приметил старушку. То была Анна Васильевна, которая после отъезда в Москву время от времени наезжала в Рыбинск и обходила знакомые места. Старк не то чтобы узнал, а скорее угадал Тимиреву. Ту самую породу, которую не стереть ничем, даже тюрьмой. Они проговорили несколько часов. А позже, когда Старка перевели в Ярославль, долго переписывались.

 

Назад к списку

Поиск

Письмо автору
Карта сайта
 1
eXTReMe Tracker