Женская поэзия

Богачинская Инна

ИННА БОГАЧИНСКАЯ: ТАМ, ЗА ОКЕАНОМ…
В творческом багаже Инны Богачинской, известного в эмиграции и по
ту сторону океана поэта и журналиста, - 4 книги: "СТИХиЯ", "Подтексты",
"В четвёртом измерении", "Перевод с космического". Недавно Инна
вернулась в Нью-Йорк после почти 2-х-месячного пребывания в Одессе и в
Москве, где у неё было много выступлений, неизменно проходивших в
переполненных залах. Она давала многочисленные интервью. Её стихи и
прозу печатали в разных периодических изданиях. Инна выступала в
радиопрограммах, в частности, в Москве - на радио "Маяк", Россия", "Доброе
радио" и т.д. А телепередач и вовсе не счесть. По её подсчётам, в Одессе их
было примерно от 14 до 20, включая повторы. Телекомпания "Одесса плюс"
даже сняла 3х-частевой фильм об Инне Богачинской под названием
"Приглашение к монологу". Но к этому Инне не привыкать ни в Нью-Йорке,
ни на оставленной родине.
А вот одно событие, происшедшее в этот её приезд в Одессу, в самом
деле можно назвать очень значительным. А именно: преподаватели из
Одесского Университета и Педагогического Университета включили её
творчество в программу курса современной литературы. И я думаю, что 2
письма, полученных Инной от них - являются наиболее ценной реликвией,
привезенной ею оттуда. Позволю себе привести выдержки из этих писем. Вот
одна из них из письма преподавателя Педагогического Университета Натальи
Островской:
"Давно и с большим интересом слежу за всем, что появляется в прессе
за Вашей подписью. Я рада за Вас, за обретшую веру в то, что "не перевелись
ещё рыцари слова"… Наше знакомство и беседа не оставили сомнений в том,
что НЕПРЕМЕННО должна внести в курс читаемых мной лекций тему
"ТВОРЧЕСКИЙ ПОРТРЕТ ИННЫ БОГАЧИНСКОЙ". … Ваш яркий,
своеобразный, психологически сложный, эмоционально выразительный,
откликающий на самые актуальные вопросы нашего непростого времени
талант не должен оставаться в тени. Уверена,… что знакомство с Вашими
стихами принесёт немало пользы нашей молодёжи и поможет ей обрести
новые доказательства достойного выбора своего места в жизни".
А сейчас - выдержка из письма, адресованного Инне доцентом
Одесского Университета Ларисой Бурчак: "… если найдётся у Вас желание и
время, мы смогли бы обсудить ряд вопросов по поводу включения Ваших
стихов в контекст программного изучения студентами-филологами. Ваша
поэзия - одно из ярких явлений нынешнего литературного процесса, Ваше
слово выражает многие актуальные проблемы, волнует острым чувством
времени, убеждает художественными обобщениями, проникновенностью. Ваш
"Перевод с космического" и другие циклы произведений привлекают как
индивидуальной неповторимостью, так и общечеловеческими ценностями,
которые способна доносить только лучшая поэзия, совершенствующая жизнь
духовно."
А теперь предоставим слово Инне Богачинской, чтобы она поделилась
своими впечатлениями от поездки. Софья Раскина: - Инна, если я не ошибаюсь, Вы живёте в Штатах уже
21 год. Здесь Вы полностью состоялись и творчески, и профессионально. Но
тем не менее, за последние несколько лет Вы уже 3-жды побывали на
оставленной родине. И вот только что вернулись из очередной поездки в
Одессу и в Москву. Могли ли бы Вы рассказать, что Вас тянет туда?
Инна Богачинская: - Это очень объёмный вопрос, требующий адекватного
ответа. Понимаете, на нашем миниатюрном, прекрасном и истерзанном глобусе,
действительно, есть немало привлекательных мест. Всё, как обычно,определяется
личным выбором, пристрастиями и внутренним зовом. Как ни странно, при том,
что я с детства владею английским языком, для меня среда моего 21-летнего
обитания так и осталась чужой. Я знаю, что эти мои ощущения разделяют многие
люди. Но, увы, только абсолютное меньшинство имеет мужество признаться в этом
себе и миру. Дело в том, что я всегда считала, что любое правительство,
государство и, соответственно социально-экономический строй - это орудие
насилия над личностями, приходящими в этот мир для того, чтобы максимально
познать себя и его, и достичь оптимально высокой ступени развития своей души. А
все государственные правители направлены на то, чтобы подавлять их. Поэтому
народ в своей массе - просто жертва, своеобразное пушечное мясо. И ругать его за
это не всегда гоже. Он одурманен, как это было за всю историю существования
замаранной всяческими пороками и кровью советской власти. Кстати, не премину
заметить, что это в большинстве случаев относится к любой власти. Что касается
самого народа, проживающего там, за океаном, то зачастую многие его
представители вызывают у меня восхищение своей силой духа, оптимизмом и
способностью выжить в условиях, которые трудно назвать цивилизованными.
Понимаете, Марина Цветаева говорила, что здесь, т.е. в эмиграции, у нас есть
книги. А там, т.е. в России, у нас - читатель. Я не могу пожаловаться на недостаток
читателей и здесь, в Америке. И я очень уважаю своих читателей. И знаю, что это
довольно избранный круг. Как говорил Вознесенский, "у каждого писателя есть не
только избранные сочинения, но и избранный читатель". Но, конечно, там,
особенно в Одессе, число этих преданных и понимающих читателей, и почитателей
у меня значительно выше. Кроме того, как я уже говорила, при том не
поддающемся описанию уровне жизни, который ведут большинство жителей
города, в них сохранилась неистребимая духовность, тепло, соучастие, жадность к
литературному слову, желание подставить плечо (естественно, как и всюду, там
есть и такие, кто с удовольствием, вместо плеча, подставит подножку) и разделить
последнее. Знаете, случались со мной в Одессе эпизоды, трогающие меня до слёз.
С.Р.: - А что именно так тронуло Вас?
И.Б.: - Честно говоря, мне даже трудно перечислить всё и всех. Например,
как ни странно, но питалась я там так, как, увы, не питаюсь здесь. Мои бывшие
сокурсницы и другие, ставшие мне близкими люди, ежедневно приносили мне
прекрасно приготовленную еду из неповторимых одесских продуктов. На меня
практически работал целый штат добровольцев. Если понятие "быт" у меня обычно
ассоциируется со словом "бит", и, соответственно, здесь я благополучно преступаю
всё, что с этим связано, то там этот компонент существования у меня был навысшем уровне, несмотря на то, что мне было представлено полное меню всех
"прелестей", с которыми неправдоподобно стойко справляются одесситы:
регулярное отключение света, телефона и воды.
Да, о том, что ещё тронуло. Например, на одном из моих выступлений
женщина показала мне листки бумаги, на которых она пыталась записывать мои
стихи прямо с телеэкрана, когда я их читала. Или, как раскупали мои книги, как
расхватывали газетные вырезки с моими публикациями, как вытирали слёзы на
моих выступлениях, как благодарили, как читали посвящения мне… Всего,
действительно, не перечислишь.
Всё это в очередной раз убедило меня в том, насколько мощен по
воздействию на нашу психику и общее ощущение благодати фактор
доброжелательности, готовности согреть, принять тебя таким, как ты есть, понять и
оценить.
Эти люди, часто живущие за чертой бедности, дарили мне огромное
количество цветов и подарков. Сами же от подарков отказывались, просили только
мои книги. Мне даже двое человек подарили по золотому кольцу - отдали
практически последнее. Но никакое мое сопротивление и отказ принять такие
подарки не помогли.
Был у меня даже личный парикмахер (естественно, тоже на добровольных
началах). Это удивительная женщина, Алла Татарчук, обладающая букетом
талантов, чемпион всех конкурсов парикмахеров. Вот она и взяла шефство над
моей головой (над внешней частью, вестимо. А вот уже за то, что копошилось
внутри, ответственность приходилось нести мне). Она звонила ежедневно перед
моими телепередачами или выступлениями и заскакивала, чтобы, как она
выражалась, "обновить сюжет". А, кроме всего, сколько раз она меня, вечно всюду
опаздывающую, возила в своей старенькой разбитой машине на телесъёмки и
выступления, игнорируя все знаки дорожного движения!
С.Р.: - Вот передо мной 2 письма, адресованные Вам, Инна, от доцентов
Одесского Университета и Педагогического Университета, где они просят
Вашего согласия на включение Вашего творчества в курс преподавания
современной литературы. По-моему, это - солидная заявка. Каковы были
Ваши ощущения по этому поводу?
И.Б.: - Честно говоря, ощущения, я, конечно, испытывала непривычные и
странные. Тем более, когда узнала о том, что планируются курсовые работы и
монографии по моему творчеству. Было приятно, что уже на предварительных
лекциях, прочитанных в Университете доцентом Ларисой Бурчак, знакомство с
моим творчеством вызвало интерес у студентов и желание прочесть мои книги.
Ведь, к несчастью, человеческое общество запрограммировало себя на то, что все
подобные акции обычно совершаются тогда, когда автор преступает за грань
земного существования. Кстати, и в Москве моё выступление в Литературном
институте вызвало интерес у студентов.
Возвращаясь к поставленному Вами вопросу, хочу добавить, что для меня
из всего этого самым большим подарком было общение с незаурядными, я бы
сказала, отмеченными высшим знаком качества, преподавателями Ларисой Бурчак
(Одесский Университет) и Натальей Островской (Педагогический Университет). С.Р.: - Я знаю, что Вы привезли видеокассеты с записями
многочисленных телепрограмм с Вами, а также аудиокассеты, вырезки из
газет и журналов. Следовательно, средства массовой информации были к Вам
весьма благосклонны. А вот какие встречи в Одессе и в Москве особенно ярко
запечатлелись в памяти?
И.Б.: - Та роскошь общения, которая мне была подарена, трудно поддаётся
описанию и перечислению. Мне подарили бесценные моменты тепла и душевного
проникновения как дорогие и близкие для меня люди из прошлой жизни, так и
вновь приобретённые, но уже прочно вошедшие в мою жизнь. Это мой школьный
преподаватель Маргарита Машталер, первая подружка в моей жизни, естественно,
по коммунальной квартире - Галя Кружкова, старейшая журналистка Тамара
Бунякина и её дочь Люда, бывший библиотекарь консерватории Людмила
Голубова, поэт и журналист Анатолий Яни, актриса филармонии Елена Куклова,
академик Маргарита Дмитриева, Светлана Лаптаева. Мои сокурсницы: Наташа
Лебедева, Галя Доможирова, Люба Самохина, Наташа Кондратьева, моя
одноклассница Вера Чуб - ныне директор знаменитых Одесских Курсов
иностранных языков. Это журналисты разных газет и журналов, в частности,
редактор "Вечерней Одессы" Лариса Бурчо, замредактора Людмила Гипфрих,
журналистка Тина Арсеньева и др. А также журналисты из прекрасного журнала
"Пассаж" и из других изданий. Это ставшие мне близкими сотрудники телестудии
"Одесса плюс": Ира Шевченко, Александр Пудич (директор), Михаил Коломей
(президент). Они, кстати, с большой любовью сняли телефильм обо мне. Это
сотрудники Одесской областной студии телевидения, мои старые приятели,
ставшие во главе телеканала "Круг" - Валерий Барановский и Дмитрий Романов.
Вообще у меня сложились очень тёплые отношения со многими
телеведущими. В частности, с Александром Ляховичем, автором и ведущим одной
из популярных программ "Утренний город", с Богданом Чуфусом, с Наташей
Бржестовской, с Анатолием Карпенко-Русым и с др.
Наверняка я всё-таки кого-то пропустила. Ах, да, Машу Соболеву,
удивительную женщину, жену российского консула в Одессе.
Ну, а в Москве - это, естественно, Андрей Вознесенский и его жена Зоя
Богуславская. Это мои старые, добрые, бесценные друзья народная артистка
России Римма Быкова и её муж художник Виктор Лесков, и корреспондент газеты
"Труд" Светлана Сухая. Это поэт и журналист Анна Саед-Шах, поэт Олеся
Николаева, поэт Глеб Кузьмин, главный редактор журнала "Студенческий
меридиан" "Юрий Ростовцев и др.
Были какие-то ещё новые, яркие встречи, имена этих людей просто не
всплывают сразу в памяти. Но я думаю, что перечисленного мной вполне
достаточно, чтобы убедиться в том, что через годы, через расстоянья сохранились у
меня эти ничем не заменяемые связи, источающие столько тепла и любви. Мне
кажется, что всем вышесказанным я дополнила свой ответ на Ваш первый вопрос о
цели моей поездки за оставленный рубеж. А в качестве иллюстрации могу
предложить только что написанное стихотворение "Молитва об одесситах".
Интервью с Инной Богачинской провела Софья Раскина
г. Нью-Йорк

Назад к списку

Поиск

Письмо автору
Карта сайта
 1
eXTReMe Tracker